March 17th, 2020

Джинсовая Африка.




В 80-е годы в нашем городе был магазин "Марка" и года два наверное, я был там завсегдатаем. Мой приятель собирал марки на тему "Искусство", а мне нравилась фауна. помнится придем с Павлом в магазин и я разглядывая витрины шепчу ему,
---Гляди, это Кипр!! А вон там марки Бурунди. А это , ну вот слоны на них, это Лаос!!----
Одни только названия дальних стран звучали как нечто романтичное и манящее. хорошее было время.
кстати, потом, уже будучи взрослым, когда я прочел рассказ Карела Чапека о собирателе марок, я вспомнил те свои детские эмоции, точно такие же испытывал и герой Чапека.
В воскресенье в центре города встретил знакомого.
----Куда идешь?------
----Приодеться хочу...-----
----А, ты в Пассаж?-----
----Нет, в "Белую Медведицу"---
---В Секонд-Хенд?----
---Ну да...Collapse )

Чтобы чище было.




Признаться, долгое время думал, что у всех представительниц женского пола паталогическая любовь к чистоте. Но потом убедился, что есть и исключения. К примеру Ната изображает трагедию на лице при виде пыли на полу. А вот дочь, напротив, даже не замечает ее.
Collapse )

Илья Эренбург в Пензенской области.




Перечитываю сейчас мемуары Ильи Эренбурга " Люди, годы, жизнь" В послевоенные 40-е он дважды побывал в Пензенской области.и оставил об этих поездках воспоминания. Приведу отрывок..
"В 1947 году я впервые увидел много мест, связанных с русской литературой прошлого века. Я побывал в Ясной Поляне, где Толстой писал «Войну и мир», «Анну Каренину»; но в доме видишь Льва Николаевича, старого, душевно мечущегося и вместе с тем за чаем наставляющего «толстовцев», того Толстого, который пахал со смирением, что паче гордости, и завещал похоронить его без имени, без плиты; может быть, больше всего меня взволновала его могила – он выбрал место, где мог бы соседствовать с единственно достойным партнером – природой. Я поехал в Спасское, там под тенистыми кленами Тургенев писал романы, а поздней осенью отправлялся в Париж; когда однажды ему отказали в заграничном паспорте, он построил флигелек и написал Виардо, что живет как ссыльный. В Орле я видел его диван, книги с пометками; поглядел на дом Лескова. Постоял у заброшенной могилы Фета. В Чембаре ходил по школе, в которой учился Белинский. Трудно объяснить, почему в музее особенно потрясает одна картина, и я не знаю, почему больше всего мне запомнились дни в Тарханах, или, говоря по‑новому, в селе Лермонтово.
Collapse )